Эвластин химиятерапия кишечник Сетка гиттер опеченский посад Пилинг лица в орске клиника старкова

Таким сложным вопросом, как признание человека инвалидом, занимается медицинская экспертиза. Сначала на уровне обычной поликлиники, дальше свое экспертное решение выносит медико-реабилитационная экспертная комиссия. Бывает, пациент не согласен с этим решением. Тогда в ситуации начинают разбираться специалисты Республиканского научно-практического центра медицинской экспертизы и реабилитации.

Сегодня в нашей стране инвалидность определяется согласно международным подходам — не за потерю трудоспособности, а за наличие определенных ограничений жизнедеятельности. Ограничений движения, ориентации, способности к труду и обучению... Иначе говоря, человек может быть работоспособным... экономистом или библиотекарем, но инвалидом. В Беларуси насчитывается 515 тысяч инвалидов, из них 28,5 тысячи — дети. О том, почему эти цифры не растут бесконечно, и на что может рассчитывать человек, чье здоровье сильно пострадало, рассказывает директор РНПЦ медицинской экспертизы и реабилитации, доктор медицинских наук, профессор Василий Смычёк.

— Как известно, у взрослых мы определяем три группы инвалидности (самая тяжелая 1-я), а у детей — четыре степени утраты здоровья (самая тяжелая 4-я). Эти категории описаны в справочниках и делятся на четыре функциональных класса, каждый из которых соответствует 25 процентам потери способности...

— Почему пациенты все чаще стремятся получить группу? Почему так много вопросов возникает у родителей детей-инвалидов?

— В европейских странах ежемесячную пенсию по инвалидности выплачивают только тому, кто потерял общую работоспособность более чем на 50 процентов. Если у человека есть тяжелое заболевание, если есть серьезные последствия этого заболевания, то он безусловно претендует на инвалидность, на определенную социальную защиту, которая заключается в выплате пенсии по инвалидности и других льготах. У нас пенсия выплачивается всем инвалидам, ее размер зависит от тяжести инвалидности.

В нашей стране несколько лет назад было утверждено понятие синдрома социальной компенсации. Если у пациента выявляется ограничение трех и более аспектов жизнедеятельности — он и плохо ходит, и плохо разговаривает, у него нарушена ориентация, то мы имеем право устанавливать инвалидность более высокой группы. Такой пациент получает и бОльшие льготы, больший размер пенсии. Кроме того, в нашей стране и инвалиды 3 группы обеспечиваются бесплатным медикаментозным лечением, а также определенными техническими средствами для лечения основного заболевания, которое обусловило инвалидность. Поэтому нередко сами пациенты склонны считать, что имеют право на получение более высокой группы, чем им назначается. Мы объясняем, что дело не в наличии, скажем, инфаркта или инсульта, и не в количестве заболеваний, которые накопились до определенного возраста. А только в тех последствиях, которые оставила основная болезнь.

Родители же детей-инвалидов должны иметь в виду, что у нас специально оставили дифференцированную помощь. Чтобы при более тяжелой степени инвалидности они имели право на большие денежные выплаты. Иногда у ребенка наблюдается умеренная патология, которая не приведет к инвалидности во взрослой жизни. И поэтому по достижении 18-летнего возраста она отменяется. Родители начинают возмущаться, забывая о том, что их ребенок не имеет высокой степени утраты здоровья.

— С чего начинается процесс определения степени утраты здоровья?

— С поликлиники, где оформляют соответствующие документы и направляют на МРЭК. Если пациент не согласен с решением этой комиссии, его направляют в наш центр. Наше решение в свою очередь можно обжаловать в межведомственной экспертной научной комиссии, которая действует также на базе нашего центра. В состав последней входят представители как гражданских, так и военно-врачебных экспертных комиссий, научные сотрудники. Решение этой комиссии можно обжаловать только в суде. Иногда решения МРЭК отменяются. Нельзя исключать определенной ошибки. Здесь не следует стоять за «чистоту» белого халата.

— Экспертная комиссия может состоять из одного специалиста?

— В комиссию обычно входят три узких специалиста. Однако в некоторых странах Европы решение принимает один человек, и даже заочно, только по документам. Возможно, мы тоже придем к такому варианту. Это обсуждается. Допустим, у пациента лишь одна патология — ортопедо-травматическая. Зачем при отсутствии кардиологической или офтальмологической патологии присутствие кардиолога или офтальмолога?

— Какие патологии вообще чаще всего приводят к инвалидности?

— Есть существенная разница между основной инвалидизирующей патологией у взрослых и детей. У взрослых это болезни ортопедо-травматологические, кардиологические, неврологические и онкологические. У детей — врожденные аномалии, психические заболевания, болезни нервной и эндокринной систем.

реабилитация и инвалидность - специалисты Республиканского научно-практического центра медицинской экспертизы и реабилитации

Каждый год впервые становятся инвалидами 45-47 тысяч взрослых и примерно 2,5 тысячи детей. Еще 5 лет назад было больше — 50-55 тысяч и 4-4,5 тысячи соответственно... Можно думать, что через некоторое время все общество должно получить инвалидность. Однако кого-то удается подлечить и перевести в состояние условно здоровых...

— Подлечивание в этом случае подразумевает серьезную реабилитацию...

— Безусловно. Наш центр занимается реабилитацией далеко не всех патологий. В первую очередь мы принимаем пациентов онкологического профиля. К сожалению, количество онкобольных растет, и проведения самых успешных оперативных вмешательств, химиотерапевтического лечения недостаточно. Скажем, у пациенток после удаления рака молочной железы бывают лимфатические отеки, увеличивается объем руки с той стороны, где удалена железа... Женщине неудобно себя обслуживать, работать. Специальное оборудование помогает справляться с подобной проблемой.

Для онкопациентов в нашем центре разрабатываются индивидуальные программы реабилитации. При различных патологиях программа может включать не только медикаментозную терапию, но и психотерапию, физиотерапию, бальнеолечение (ванны и грязи), лечебную физкультуру, эрготерапию (тренировку мелкой моторики, пальцев рук) и другие. Самый дешевый и эффективный реабилитационный метод — школа пациента, где больного учат жить со своей проблемой.

— В какой момент после обнаружения заболевания лучше всего заниматься реабилитацией?

— Пациенты с различными патологиями могут поступать в различные сроки после проведения тех же оперативных вмешательств, даже через несколько лет. При определенных патологиях, особенно кардиологического и неврологического профиля, важно провести реабилитацию в первый год после постановки диагноза.

Вообще в нашей стране создана высокоэффективная система медицинской реабилитации. Скажем, пациента после мозгового инсульта через 3-4 недели пребывания в отделении патологии сосудов головного мозга переводят машиной скорой помощи в реабилитационный центр. Если мы говорим о пациентах из Минска или Минской области, то в Республиканскую клиническую больницу медицинской реабилитации в Аксаковщине. После этого начинается амбулаторно-поликлинический этап по месту жительства. Тот, кто не может ходить, получает реабилитацию в домашних условиях. Назначаются и повторные курсы, а для пациентов пульмонологического, гастроэнтерологического профиля показана и санаторная реабилитация.

Нигде больше такой системы нет. За рубежом после серьезного заболевания назначается один длительный курс, который оплачивается страховкой, и на этом точка. Повторный курс стационарной реабилитации — за собственный счет.

Кстати, до конца этого года в каждой области должен быть свой, отдельный центр медреабилитации. Фактически везде они уже существуют. На сегодня у нас 324 отделения медреабилитации (84 стационарных и 240 амбулаторных), 2285 реабилитационных коек для взрослых и 2395 — для детей. Практически этого достаточно.

— Допустим, человеку не предложили направление на реабилитацию, но у него есть желание получить такую помощь...

— При наличии ограничения нормальной жизнедеятельности пациента должны направить на реабилитацию, госпитализировать в ближайшее стационарное отделение медреабилитации рай- или облбольницы. Кстати, любой гражданин имеет право получить направление и в Аксаковщину.

Даже если пациенту 91 год, ему может быть нужна реабилитация. Противопоказаниями здесь могут быть выявленная психическая болезнь, выраженная артериальная гипертония, высокая температура... Учитывается и степень ограничения жизнедеятельности. Человек должен минимально себя обслуживать. После проведения на первом этапе медикаментозной терапии с каждым днем должно увеличиваться количество реабилитационных процедур. Медикаментозное лечение становится фоновым, минимальным. У нас, например, нужно 2-3 раза в день заниматься в зале механотерапии, на тренажерах, в бассейне, с логопедом — нагрузка должна быть серьезной. Однако в Аксаковщине есть отделение и для спинальных больных — с тяжелыми травмами позвоночника.

При легком или среднем ограничении жизнедеятельности пациенту также требуется определенный объем реабилитационных мероприятий. Их способно обеспечить амбулаторно-поликлиническое учреждение.

— В вашем центре применяются новейшие методики, приобретается современное оборудование?

— На базе нашего центра вообще работают 6 научных лабораторий — медэкспертизы и реабилитации при неврологической, терапевтической, онкологической и других патологиях. Все новое тщательно изучается и даже разрабатываются новые технологии реабилитации. На это государство выделяет серьезные средства. В этом году завершается трехлетняя отраслевая программа медэкспертизы и реабилитации и со следующего года начнет действовать новая.

В Аксаковщине есть самые современные аппараты, оборудование стоимостью более 100 тысяч евро. Один из роботизированных аппаратов механотерапии позволяет помочь тому, кто не ходит, улучшить движение в конечностях, точность движений. Что касается уровня подготовки наших специалистов, то, поверьте, они подготовлены не хуже, чем зарубежные.

В последние годы у нас, между прочим, расширился экспорт услуг. Раньше к нам ехали просто за оздоровлением, но сегодня едут именно профильные пациенты с онкологической патологией. В этом году мы провели реабилитацию более 100 пациентам из Израиля, ОАЭ, Литвы, Эстонии, России, Украины.

— Хорошее медицинское оборудование — это, наверное, не все, что требуется человеку, который столкнулся с серьезным диагнозом...

— Вообще реабилитация бывает не только собственно медицинской, но и трудовой, профессиональной, социальной. С одной стороны, мы сегодня обсуждаем вопрос о введении должности помощника инвалида в тяжелом состоянии. С другой стороны, нельзя забывать и другие важные моменты. Так, в Аксаковщине сейчас завершается строительство православного храма... У нас пока нет даже часовенки, но мы планируем ее сделать, поскольку это может быть очень важно для многих пациентов с психологической точки зрения. Кстати, при составлении программы реабилитации мы в первую очередь обращаем внимание на психодиагностику, психокоррекцию. Как только у того же онкологического больного проходит первая реакция шока, у него обязательно формируется личная реакция на собственное заболевание. Наши специалисты проводят реадаптацию, чтобы не допустить попадания в плен тяжелой депрессии, откуда пациента будет уже очень нелегко вытащить.

Светлана Борисенко, 4 декабря 2012 года.
Источник: газета «Звязда», в переводе: http://zvyazda.minsk.by/ru/archive/article.php?id=106158&idate=2012-12-04

Читайте также:

Источник: http://www.happydoctor.ru/obzor-pressy/disability-...


Комментарии:


Оставить комментарий
Имя:*
E-Mail:
Комментарий:
Введите код: *
Крем из кокосового молока с кленовым сиропом